Суббота, 21 Октября 2017

Михаил Посохин: «Архитектор без воли не сможет состояться. Иначе его раздавят»

27 сентября 2017

В рамках проекта Москомархитектуры «Открытый город» Михаил Посохин, генеральный директор ОАО «Моспроект-2», академик, народный архитектор РФ, рассказал о том, что архитектор состоит из таланта и ремесла, а реновация — из изменений городской среды и сознания горожан.

— Михаил Михайлович, как вы принимаете решение нанять на работу архитектора?

— Я всю жизнь занимался уникальными строительными объектами, на которых, соответственно, работали уникальные творческие коллективы. Иногда число людей под моим руководством достигало 4 тысяч, как, например, на проекте восстановления Храма Христа Спасителя. Что касается найма сотрудников, то обычно совместная работа начинается с беседы о будущем объекте. Я формулирую идею и концепцию и смотрю, как архитектор затем работает с этой идеей. При следующей встрече человек должен прийти ко мне и показать свои эскизы. Критерием того, может ли архитектор со мной работать, является то, способен ли он воспринять изначальную идею и качественно развить ее. В этом случае мы сработаемся.

— Какие главные качества нужны сегодня архитектору?

— Не нужно доводить ситуацию до абсурда и воспринимать архитектора как товар, который состоит из набора ингредиентов и продается в супермаркете. Это не так. В случае нашей профессии важны две фундаментальные составляющие: талант и ремесло. И если талант — редок, то ремеслу можно выучить практически каждого. Собирая команду архитекторов, проектировщиков, нужно понимать, в какой доле у тебя распределены эти два главных свойства. Если ты сам делаешь эскизный проект, твой замысел играет в деле первостепенную роль, то, возможно, тебе просто нужен исполнитель, который не обладает выдающимися творческими способностями, но способен качественно и технично реализовать твою идею. Если же тебе для работы нужен партнер, соавтор, когда вы на равных ведете проект, то тогда он естественно должен обладать определенными талантами, чтобы вы вместе могли двигать проект вперед.

— Как вы оцениваете сегодняшних молодых специалистов? Чего в них больше: таланта или ремесла?

— В сознании современных молодых архитекторах больше реальности. Что я имею в виду? Раньше студентов архитектурных вузов воспитывали так, что они все поголовно считали себя гениями. И страшное разочарование приходило, когда ребята сталкивались с повседневной жизнью. Оказывалось, что их гениальность никому на производстве не нужна, и приходится заниматься третьестепенными вещами, которые были настолько не интересны, что люди нередко просто уходили из профессии. Сегодня хорошо то, что в студенческой среде принято достаточно плотно общаться с действующими архитекторами — на базе мастерских и проектировочных бюро. У них есть возможность рано входить в реальные проекты в роли исполнителей, помощников и понимать, как устроена реальная работа. Это очень эффективный подход, когда идет академическое образование в вузе и одновременно происходит воспитание на производстве и в творческой среде. Поэтому удар от жизни по окончанию вуза сегодня слабее, поскольку выпускники уже понимают, почем фунт лиха.

Что сегодня плохо для молодых архитекторов? Раньше для них специально проводилось много реальных конкурсов с очень серьезными требованиями. Я сам принимал участие максимум в двух конкурсах в год, поскольку больше уже физически было невозможно. Причем, это были конкурсы общественно понятные и открытые. В зале Москомархитектуры выставлялись абсолютно все работы, которые можно было посмотреть, оценить. В настоящее время, по моему мнению, таких конкурсов практически нет, поскольку все предугадано заранее. Более того, сегодняшние условия конкурсов не позволяют раскрывать творческое содержание, они позволяют лишь поддерживать определенное направление в архитектуре, а также группу людей, которые постоянно эти конкурсы выигрывают. Не думаю, что это — интересная задача, особенно для молодых архитекторов.

— Михаил Михайлович, что происходит с профессией и репутаций архитектора?

— С ней происходит трагическая вещь. Раньше в градостроительстве очень весомой организацией был Союз архитекторов, который имел колоссальное влияние, и никаких решений руководство нашей страны не принимало по вопросам архитектуры без экспертизы Союза. Почему-то сейчас думают, что это были времена застоя. Но это сейчас, скорее, застой с точки зрения наличия профессиональных дискуссий и влияния архитектурной общественности на принятие решений.

Я очень много лет вел Архитектурные советы г. Москвы. Они были знаковым событием. Просто потому что сегодняшние архсоветы проходят на базе уже выданного ГПЗУ, которое определяет размеры, объемы и прочие параметры здания. Раньше работа над проектом начиналась как раз с архитектурного проекта и архитектурной идеи. На Совет выходил архитектор со своим предложением. Его встречала очень бурная дискуссия, в результате которой и принимались оптимальные решения в градостроительстве.

Сегодня архитектор все больше превращается в портного. Я не хочу обидеть портных, но когда перед тобой сидит очередной олигарх и говорит, что, дескать, я плачу деньги, поэтому нанимаю, кого хочу, и тот будет строить, как я хочу, то ты понимаешь, что с профессией архитектора что-то не так...

— Когда произошла смена ролей?

— Тогда, когда пришел капитал к власти и началась борьба не за созидание, а за упрощение строительных проектов и увеличение сиюминутной прибыли. В настоящее время у нас действует примат строителей, которые диктуют в градостроительстве свою волю. Уважение к архитектору как к главному строителю утрачено. Самая большая опасность заключается в том, когда архитектор становится частью машины по реализацию примитивных финансовых задач. А сейчас так и происходит.

Более того, с приходом капитала к власти началась кампания в пользу западных архитекторов в ущерб национальной школе проектирования. Иностранному архитектору до сих пор иногда проще получить заказ на российском рынке, причем, его гонорары существенно выше, чем у российского коллеги того же уровня. Но зато иностранным архитектором можно похвастаться: «А вот у меня работал такой-то...».

— Как вы оцениваете эффективность нынешней управленческой команды, которая в Москве принимает решения в сфере архитектуры?

— За последние годы произошел важный поворот: сменилась градостроительная эпоха, которую в СМИ окрестили «лужковским стилем». Здесь нужно отдать должное главному архитектору Москвы — Кузнецову Сергею Олеговичу, который методично добился определенного позитивного разворота в архитектурных пристрастиях. Но сейчас, на мой взгляд, опять может наступить тупик. Идет повторение того, что было сделано три-четыре года назад. Потому что если раньше говорили, что вот вы, дескать, собрались некой «могучей кучкой» и принимаете за всех все решения в градостроительстве, то сейчас появилась новая «могучая кучка» — просто она состоит из других людей — лет на 15–20 моложе предыдущей. И это вызывает такое же застойное состояние, которое было раньше. У меня такое предчувствие, что вновь необходим новый этап, прорыв, который даст толчок рынку для развития.

— Кто должен принимать решение об архитектурном облике здания и города?

— Самое ужасное, это когда какой-то дядя, у которого просто есть деньги, тычет пальцем в проект и говорит: «Я хочу, чтобы было так!» Конечно, подобные ситуации в той или иной мере были всегда, но частный и не всегда образованный капитал редко принимал решения об облике и судьбе масштабных городских пространств. Я считаю, что деньги — недостаточный аргумент в выборе архитектурного решения. Я полагаю, что самое хорошее для архитектора — это просвещенная монархия. Когда монарх был воспитан лучше, чем все остальные, появлялись, например, Павловский, Александровский стили в архитектуре Петербурга, который до сих пор является учебником русского зодчества, несмотря на то, что там работали таланты из разных стран.

— Как вы относитесь к программе реновации?

— Это очень сложный вопрос. Огромное давление на все это будет вносить экономика. Если же говорить о концепции программы, то она может идти только путем комплексного освоение территорий. «Выехать» просто на рисовании окошек и фасадиков не получится. Сегодня любая современная тенденция связана с жизненным циклом не только здания, но и жизненным циклом всего окружения, которое вокруг него находится. Необходимо создавать среду, комфортную и гуманную жилую среду. Причем, для каждого города она должна быть индивидуальной.

Следующий важный момент в теме реновации связан с отношением к ней горожан. Необходимо вовлечение людей в процесс ухода и контроля за домом и придомовой территорией, чтобы появилось отношение как ней как к своей собственности.

— Вы говорите о реновации не на улицах города, а в головах у горожан?

— А одно без другого произойти не может. Если человек вложит свои усилия и, возможно, деньги, то он волей или не волей будет одним глазом поглядывать в ту сторону и проверять, как там дела.

— Что сегодня поможет молодому архитектору состояться в профессии?

— Только постоянная работа и воля. Архитектор без воли не может состояться. Иначе рынок его просто раздавит. Опираясь на собственный опыт, могу сказать, что постоянно шла борьба со всеми участниками строительства за реализацию замысла проекта — как в целом, так и в деталях, за использование тех или иных материалов. Поскольку объектов было много, это стало для меня настоящей школой жизни и профессии! Но я не готов ее пожелать пройти сегодняшним молодым людям. Стоило мне подумать, что будет, если я отдам свою дочь в архитектурный институт, то я понял, что не желаю ей такой судьбы. Поэтому бессмысленно давать совет молодому архитектору, что бы он был таким волевым и стойким бойцом. Эти качества могут нарасти только в процессе трудовой деятельности или дано от природы.

Мне кажется, что сейчас студентам и выпускникам архитектурных вузов необходимо делать упор на современные технологии проектирования: BIM-моделирование и пр. — то, что дает школу и ремесло, которое сгодится в любых условиях. Плюс знание английского языка. Тогда ты всегда будешь иметь кусок хлеба.

О ПРОЕКТЕ

Конференция «Открытый город» — крупнейшее событие в сфере архитектурного образования, пройдет в Москве 28–29 сентября. В ее программе: воркшопы от ведущих архитектурных бюро, сессии по актуальнейшим вопросам российского архитектурного образования, презентация исследования «Профессиональное развитие в России и за рубежом: традиционные модели и альтернативные практики», ярмарка дополнительных образовательных программ, Portfolio Review — презентация студенческих портфолио перед ведущими архитекторами и девелоперами Москвы и многое другое.

«Архсовет Москвы» // 26.09.2017 г.